Насмотренность — это не «много видел красивых картинок». Это умение заметить, почему один кадр держит взгляд, а другой нет, и потом увидеть такой же кадр в реальности раньше, чем он произошёл. Она не приходит от листания ленты: лента показывает тысячи снимков, и ни один из них не остаётся. Насмотренность тренируется, как мышца, — медленно, по одной фотографии, с вопросами. В этой статье разбираем, как тренировать насмотренность фотографу-новичку: кого смотреть, как смотреть, что читать, как повторять чужие приёмы, не копируя кадры, и как разбирать собственные снимки, чтобы они тоже учили глаз. Все практики занимают от десяти минут в день и не требуют ничего, кроме внимания.
Что такое насмотренность и почему лента её не даёт
Американский фотограф Эммет Гоуин говорил, что фотография — это способ рассматривать вещи, которые все знают, но никто не замечает. Насмотренность — ровно про это «замечать». Человек с тренированным глазом идёт по той же улице, что и все, но видит, как тень от решётки ложится на стену, как красная куртка отвечает красной вывеске, как два прохожих на секунду сложились в симметрию. Он видит это потому, что уже видел похожее у мастеров, разобрал, почему оно работает, и теперь узнаёт. Лента соцсетей этого не даёт по простой причине: там снимки пролистываются за полсекунды, без вопроса «почему». Мозг запоминает не картинку, а свой ответ на вопрос о ней. Поэтому сто снимков в ленте дают меньше, чем один снимок, над которым вы просидели десять минут. Второе, чего не даёт лента, — фильтр качества: там обработка, отбор из тысяч кадров и алгоритм, который показывает не лучшее, а самое залайканное. Тренировать насмотренность нужно на проверенном временем материале и с карандашом в руке — буквально или мысленно.
Практика первая: одна фотография мастера в день
Самая простая и самая действенная привычка: каждый день смотреть одну фотографию признанного мастера — не альбом, не подборку, а одну — и задавать ей пять вопросов. Что здесь главное и как автор это выделил? Откуда свет и что он делает с объектом? Где стоял фотограф — выше, ниже, ближе, дальше, чем встал бы я? Что происходит на краях кадра и почему автор их не обрезал? Что случилось за секунду до и через секунду после этого кадра? На пять вопросов уходит десять минут. Кого смотреть: Анри Картье-Брессона и его решающий момент, Вернера Бишофа — снимок мальчика с дудкой на дороге в Перу, простой и поэтичный одновременно, Владимира Лагранжа с его «Голубями», Юрия Абрамочкина с промежуточными кадрами после протокольной съёмки, Берта Харди с лондонскими окраинами. Из современных уличных — Александра Петросяна, Виджи, Игоря Мухина. Через месяц у вас будет тридцать разобранных кадров, и на улице вы начнёте узнавать их ситуации. Полезно вести заметки: имя автора, что понял, что хочу попробовать.
- Что главное в кадре и чем оно выделено — светом, размером, цветом, положением
- Откуда свет и что он делает: рисует объём, режет тенью, светится по контуру
- Где стоял автор: высота, дистанция, угол — и почему именно там
- Что на краях кадра и что осталось за ними
- Что было за секунду до и после — почему нажали именно сейчас
Практика вторая: повторять приём, а не кадр
Подражание — нормальный этап, и мастера через него проходили. Гоуин перечислял, кто на него повлиял: Атже, Брандт, Эванс, Франк, Стиглиц, Каллахан — и добавлял, что принял всё сделанное до него, но хотел идти своим путём. Разница между полезным подражанием и бесполезным — в том, что вы повторяете. Скопировать кадр — поставить человека так же, найти похожую стену — ничего не даёт: вы получите копию, а не навык. Повторить приём — другое дело. Увидели у Брессона рамку в кадре — дверной проём, арку, окно, через которое снята сцена, — идите и найдите свою рамку на своей улице. Заметили у Петросяна перекличку цвета переднего и заднего плана — ищите такую перекличку неделю. Поняли, что Абрамочкин ждал, пока человек перестанет позировать, — на следующем семейном празднике снимайте только после того, как все отвернулись от камеры. Так приём становится вашим, а кадр — не чужим. Хорошая проверка: если по вашему снимку нельзя угадать, у кого вы взяли приём, — значит, вы его усвоили, а не скопировали.
Практика третья: смотреть свои снимки утром
Насмотренность тренируется не только на чужих кадрах, но и на своих — при одном условии: смотреть их с задержкой. Есть история из рекламного мира о приёме под названием «ночная проверка»: команда развешивала идеи на стене вечером, шла домой, а утром свежим взглядом треть выбрасывала сразу — то, что вчера казалось гениальным, при утреннем свете тускнело. С фотографиями то же самое. В день съёмки вы помните, как было холодно, как долго ждали, как вам понравился человек, — и оцениваете воспоминание, а не снимок. На следующий день остаётся только снимок. Поэтому правило: не разбирать съёмку в тот же вечер и не удалять кадры на улице, потому что маленький экран обманывает, а «брак» на большом мониторе иногда оказывается лучшим кадром серии. Раз в месяц делайте «раскопки»: соберите двадцать-тридцать любимых своих снимков в одну папку и посмотрите на них как на чужие. Что у них общего — крупность, свет, настроение, цвета, геометрия? Это и есть ваш формирующийся взгляд, и, увидев его со стороны, вы сможете его усиливать сознательно.
Практика четвёртая: книги о видении, а не о кнопках
Классическая ошибка новичка — читать только учебники по настройкам. Кнопки осваиваются за месяц, а видение — годами, и книги для него нужны другие. Если книга может быть одна — это Майкл Фриман, «Дао цифровой фотографии»: он объясняет не что нажать, а что увидеть, и строит главы как разборы «было — стало — почему стало лучше». Дальше — Ролан Барт, «Camera lucida», откуда пришло понятие «пунктум»: деталь, которая колет лично вас и не объясняется рационально. После Барта вы начнёте искать пунктум в своих кадрах и понимать, почему один снимок цепляет, а другой — нет. Сьюзен Сонтаг, «О фотографии», — про то, что снимок делает с реальностью и со зрителем; она не учит снимать, но после неё перестаёшь считать фотографии просто картинками. И сам Картье-Брессон, «Воображаемая реальность»: не советы, а отношение — что кадр рождается из уважения к человеку, а камера должна быть продолжением глаза. Читайте по одной книге в два месяца и после каждой главы выходите снимать: книга о видении без съёмки остаётся теорией.
Практика пятая: ходить с камерой без задания
Владимир Лагранж вспоминал начало работы в Фотохронике ТАСС: заданий часто не было, он брал аппаратуру и просто шёл снимать Москву. Из таких прогулок без цели и вырос его взгляд. Для новичка это самая недооценённая тренировка: выйти на час без темы, с камерой на шее, и не ставить задачу «снять шедевр». Установка на шедевр давит и мешает смотреть. Задача другая — заметить десять вещей, которые вчера прошли бы мимо: тень, отражение, повторяющуюся форму, цвет, жест. Снять их можно, а можно и нет; важно, что глаз их поймал. Носите камеру до самого порога дома — сюжеты появляются в последние сто метров. Хорошо чередовать: один день — прогулка без темы, другой — с одной темой на весь день, например «круг» или «красный». Тема работает как фильтр: через час вы будете видеть круги везде, и это переносится на любую другую задачу. Ещё одна привычка — смотреть работы других участников любого фотозадания, если снимаете в компании или в чате: чужой взгляд на ту же тему расширяет собственный быстрее, чем что-либо.
Практика шестая: разбор с другими и печать
Насмотренность растёт быстрее, когда ваши снимки видит кто-то ещё — не для лайков, а для разговора. В фотошколах на первом занятии просят принести пять-десять лучших работ, отпечатанных на бумаге, без дублей и с разных съёмок. Это можно повторить дома: выберите пять кадров, распечатайте хотя бы на обычном принтере, разложите на столе и пригласите друга, который не боится сказать, что ему непонятно. Вопросы простые: что здесь главное, что тебе понравилось, чего не хватило. Бумага важна: на экране всё выглядит одинаково хорошо, на бумаге видно, что работает, а что держится на подсветке экрана. Если друга нет, найдите чат или сообщество, где показывают снимки и разбирают их, — но выбирайте те, где разбирают, а не хвалят. И последнее правило: сравнивайте себя только с собой месячной давности. Разбирать чужие снимки, чтобы понять, как тренировать насмотренность, полезно; сравнивать свой первый год с чужим двадцатым — нет.
План на месяц
Соберём всё в расписание, которое реально выдержать. Ежедневно: одна фотография мастера и пять вопросов — десять минут утром с кофе. Два раза в неделю: прогулка с камерой, один раз без темы, один раз с темой дня. Раз в неделю: разбор своих кадров с недельной задержкой, на большом экране, один лучший кадр — в отдельную папку. Раз в месяц: «раскопки» двадцати любимых снимков, одна книга о видении, пять отпечатков и разговор с кем-то, кто скажет правду. Через три месяца вы заметите, что на улице стали видеть кадры до того, как поднимете камеру, — это и есть насмотренность. Если хочется, чтобы эти разборы делал не друг, а практикующий фотограф, а мастеров показывали не по одному, а в контексте истории и с объяснением, почему кадр вошёл в историю, — этому системно учат в Фотофакультете имени Ю. А. Гальперина. А когда взгляд окрепнет и снимки начнут складываться в серии, которые хочется показать шире, чем друзьям, с продвижением фотографа и его работ помогает агентство «Креатифф».
Вопрос — ответ
Что такое насмотренность и почему лента в соцсетях её не даёт?
Насмотренность — это умение заметить, почему один кадр держит взгляд, а другой нет. Лента показывает тысячи снимков, которые пролистываются за полсекунды без вопроса «почему», поэтому насмотренность она не тренирует.
Сколько времени в день нужно уделять тренировке насмотренности?
Все практики занимают от десяти минут в день и не требуют ничего, кроме внимания. Например, можно каждый день смотреть одну фотографию признанного мастера и задавать ей несколько вопросов.
Какие вопросы задавать фотографии мастера?
Что здесь главное и как автор это выделил? Откуда свет и что он делает с объектом? Где стоял фотограф? Что на краях кадра и что было за секунду до и после?
Как повторять приёмы мастеров, не копируя их кадры?
Не копируйте кадр, а повторяйте приём: найдите свою рамку в кадре, как у Брессона, или перекличку цвета переднего и заднего плана, как у Петросяна. Если по вашему снимку нельзя угадать, у кого вы взяли приём, значит, вы его усвоили.
Почему полезно смотреть свои снимки с задержкой?
В день съёмки оцениваешь воспоминание о холоде, ожидании и человеке, а не сам кадр. Маленький экран обманывает, поэтому не удаляйте кадры на улице: «брак» на большом мониторе иногда оказывается лучшим.